Как повысить жирность молока: какие рычаги работают и чего это стоит

Жирность молока падает - и в хозяйстве начинают крутить рацион: добавляют сена, режут концентраты, ищут добавку «на жир». Через месяц процент в квитанции действительно выше. Жира с фермы при этом уезжает ровно столько же, сколько уезжало до всех правок, а молока - меньше.

Ловушка здесь арифметическая. Процент жира - это дробь, и поднять её можно двумя способами: увеличить числитель, то есть килограммы жира, или уменьшить знаменатель, то есть надой. Второй способ дешевле, быстрее и надёжнее первого. Деньги приносит только первый.

Ниже - что двигает каждый рычаг, сколько прибавка процента стоит в потерянных литрах, что из этого видно на приёмке и чего в жирности молока не поднять ничем.

Разбираем кормление молочного стада и кормозаготовку с механизмом и цифрами из опытов. Свежие материалы выходят в блоге 1Корм.

Сокращения

• СВ - сухое вещество рациона.
• НДК - нейтрально-детергентная клетчатка, вся клеточная стенка растения.
• Энергокорректированный удой - суточный надой, приведённый к единой энергии с учётом жира и белка.

С чего начинать, если жирность молока не устраивает?

Коротко: сначала снимают то, что тянет жир вниз, и только потом поднимают его. Порядок нарушать дорого: рычаги подъёма работают на исправном рубце, а на рационе с избытком растительного масла и залповым поеданием концентратов они гасятся полностью. Четыре обычных виновника - свободное масло, слишком быстрый крахмал, сортировка кормосмеси и содержимое премикса: морские липиды, микроводоросли и компоненты, тянущие вниз катионно-анионный баланс.

Разбор каждого из них по накладным и по кормовому столу - отдельная работа, и она уже собрана: что проверять и в каком порядке, с порогами и очередью шагов. Если жир упал недавно и резко, начинать надо оттуда: почти всегда обнаружится причина, которую достаточно убрать.

Эта статья про другое - про хозяйство, где ничего не ломалось. Жир держится на своём обычном уровне, он просто ниже, чем хочется, или ниже, чем платит завод. Здесь вопрос стоит иначе: какой рычаг выбрать и сколько он стоит.

Какие корма роняют жир в молоке?

Коротко: жир роняют непредельные жирные кислоты, которые быстро выходят в рубец, - прежде всего линолевая. Общее количество жира в рационе тут говорит мало. Опаснее всего она в свободном виде: в растительном масле, в жидких добавках на масле, в барде. Второй фактор - быстро сбраживаемый крахмал. На рационе с высоким вводом барды поодиночке каждый стоил около 0,3 процентного пункта жира, вместе - вдвое больше.

Опыт с бардой в рационе показал сложение прямо: контрольный рацион держал 3,3% жира, добавка масла роняла его до 3,0%, добавка крахмала - тоже до 3,0%, а масло и крахмал вместе - до 2,73%. По короткоцепочечным кислотам молока разрыв ещё нагляднее: каждый фактор в одиночку снимал 13%, оба сразу - 27%. Работа 2015 года; сводка 158 опытов, вышедшая в 2022-м, держит то же направление - переваренная линолевая кислота входит в модель жирности отдельным фактором.

Отсюда практическое правило: опасность создаёт сочетание, и строка «сырой жир» в анализе её не показывает. Один и тот же рацион на хорошей структуре держит жир, а на мелкой резке при высоком крахмале роняет его за первую неделю.

Жир, запертый в семени, доходит до рубца настолько, насколько корова это семя пережевала. Целое хлопковое семя вводили до 9,9% СВ: у полновозрастных коров процент и выход жира остались прежними, у первотёлок упали. Объяснение видно в кале - целых непережёванных семян у полновозрастных 4,3% от съеденного, у первотёлок 1,1%. Первотёлки перемалывают семя тщательнее, жир полнее выходит в рубец, и жирность падает именно у них. В другом опыте на полновозрастных коровах 15% хлопкового семени вместо смеси шелухи и шрота подняли жир на 0,2 процентного пункта и добавили 110 г жира в сутки при неизменных потреблении корма и надое.

У жира семени значение имеет не только количество, но и набор кислот. Высокоолеиновая соя в рационе до 24% СВ линейно поднимала выход молочного жира, а обжарка усиливала эффект против сырых бобов. Профиль кислот решает здесь даже направление эффекта: олеиновая кислота не сбивает биогидрогенизацию на побочную ветку, поэтому масличное семя с олеиновым профилем, да ещё и обжаренное, жирность поднимает.

Что стоит держать в голове по остальным кормам:

Две последние строки стоит прочитать дважды, потому что обе противоречат ходовому объяснению. Пастбищную версию проверяли на 94 ирландских стадах весеннего отёла: у стад с жиром 4,18% и у стад с 3,08% жирнокислотный состав травы совпадал, и побочная жирная кислота в молоке между ними не различалась. Списывать весенний провал на молодую траву больше нельзя: трава у обеих групп была одинаковая, а жир разошёлся на процентный пункт с лишним.

Какая часть молочного жира вообще поддаётся управлению?

Коротко: примерно четверть жирных кислот молока вымя строит само из продуктов брожения клетчатки, около 37-39% приходит наполовину готовыми - их вымя достраивает, - а остальные 35-38% корова забирает из крови готовыми, из рациона и из собственных жировых запасов. Если приплюсовать к собственному синтезу ту половину смешанных кислот, которую вымя достраивает само, его доля выходит около половины - это та же цифра, что стоит в разборе причин падения жира. Управляемая часть - именно собственный синтез, и теряется при низкой жирности тоже он.

Сравнение товарных ферм с высоким и низким собственным синтезом показало это прямо: готовых кислот у «нежирных» ферм оказалось даже чуть больше - 1,38 против 1,32 г на 100 г молока. Провал сидит целиком в собственном синтезе. Из этого следует вывод, который экономит хозяйству много денег: жирность молока задаётся тем, как работает рубец. Долить жира в кормушку не значит долить жира в танк.

Сырьё для собственного синтеза даёт брожение клетчатки. Поэтому подъём и начинается с качества грубых кормов: сколько клетчатки корова реально переварит, столько сырья и получит вымя. Как читать это по анализу партии и чем один силос отличается от другого - в разборе про переваримость клетчатки.

Старое объяснение «мало клетчатки - мало уксусной кислоты - нечем строить жир» при этом не работает. Соотношение уксусной к пропионовой на концентратном рационе падает из-за роста пропионовой. Уксусной при этом меньше не становится.

И вливание уксусной кислоты прямо в рубец корове с провалившимся жиром килограммов жира почти не прибавляет: процент подрасти может, выход - нет. Механизм другой: побочные жирные кислоты, которые образуются при сбитой биогидрогенизации, выключают синтез жира в самом вымени.

Почему у соседа с тем же рационом жирность молока выше?

Коротко: потому что рацион в бумаге и рацион в корове - разные вещи. На 39 товарных фермах, разделённых по собственному синтезу жирных кислот, рационы не различались вовсе - ни по сухому веществу, ни по протеину, ни по крахмалу, ни по качеству объёмистых кормов. Различались физическая форма клетчатки, количество жира в рационе и три вещи из области менеджмента.

Вот эти три. В работе они найдены как тенденции, жёсткими порогами их считать нельзя: раздача свежего корма дважды в сутки вместо одного раза, плотность посадки в боксах не выше 110% и фронт кормления от 46 см на голову. Более ранняя работа того же коллектива на 44 фермах сформулирована жёстче: переполненные боксы, редкая раздача и высокий сырой жир рациона связаны с низким собственным синтезом кислот и меньшим выходом жира и белка.

Отдельная полевая работа на 79 стадах даёт этому размер: ни один компонент рациона не объяснил больше 11% разброса жирности между стадами. Одиннадцать процентов - это всё, что даёт бумага.

Практический вывод простой. Если жирность молока в вашем хозяйстве ниже, чем у соседа с похожим рационом, разница почти наверняка сидит между рецептом и коровой: в мешалке, в остатках, в тесноте у стола и во времени, когда стол пустой.

Сколько молока стоит прибавка процента?

Коротко: сдвиг рациона в сторону объёмистых кормов надёжно поднимает процент жира на 0,2-0,45 процентного пункта и так же надёжно снимает молоко - от 0,8 до 4 кг с головы в сутки. Выход жира в килограммах при этом не растёт ни в одном опыте. Растёт только дробь - за счёт уменьшения знаменателя.

Четыре независимых опыта разных лет и стран говорят одно и то же:

Первая строка - самая чистая иллюстрация. Прибавка 7,5 процентного пункта клетчатки из объёмистых кормов дала 0,35 пункта жира и забрала 1,8 кг молока. Выход жира, энергокорректированный удой и эффективность корма не сдвинулись ни на грамм. Белок при этом упал и по проценту, и по выходу - на 100 г в сутки.

То же самое на широком размахе соотношения кормов и концентратов, от 47:53 до 68:32: процент жира вырос на 7% относительных, выход жира и энергокорректированный удой остались прежними, выход белка упал на 10%, а выброс метана на килограмм энергокорректированного удоя поднялся с 14,4 до 18,0 г. Работа 2011 года, и три более свежих опыта дают ту же картину. Обратный сдвиг в финском опыте зеркален: процент жира ниже на 13% относительных, суточный выход жира тот же.

Есть и вторая сторона размена, про которую забывают. Сам размен существует только в рабочем диапазоне структуры. Когда клетчатки из объёмистых кормов в рационе всего 12,6% СВ, добавка крахмала роняет и процент жира, и его выход, и энергокорректированный удой разом - выбирать уже не из чего, там просто чистый проигрыш.

Процент или килограммы: за что вам платят?

Коротко: деньги приносят килограммы жира; проценты сами по себе в рубли не превращаются. При расчёте по зачётному весу и при прямой оплате за килограмм жира прибавка процента, купленная потерянными литрами, даёт ровный ноль; при оплате за физический вес она же оборачивается прямым убытком. Считать надо рубли на голову в сутки, и обязательно двумя способами - по физическому весу и по зачётному.

Возьмём реальный размен из опыта: 43,0 кг молока при 4,37% жира против 41,1 кг при 4,56%. Цена молока - 35 руб/кг, базисная жирность в договоре 3,4%. Все цифры ниже - допущение, подставьте свои.

Цена килограмма жира здесь получена из цены базисного молока: 35 / 0,034 = 1029 руб. Пересчёт на базисную жирность и оплата за килограмм жира - математически одно и то же действие, поэтому и результат одинаковый: ноль.

Модельный расчёт по стаду, опубликованный в 2005 году, показывает ту же иерархию с другой стороны. Смещение процентов жира и белка на одно стандартное отклонение поднимало доход над кормовыми затратами на 7,7%, а такое же смещение надоя - на 19,6%. Соотношение примерно один к двум с половиной в пользу объёма. Цены с тех лет ушли далеко, а соотношение осталось: расчёт по нынешней цене выше в этом разделе даёт тот же знак.

Жир при этом остаётся тем, за что платят. Считать его надо в килограммах: экономику двигает выход жира, выросший при неупавшем потреблении корма, и прибавка процента, купленная потерянными литрами, в этих килограммах не отражается никак.

Практическая проверка перед любым решением занимает две минуты: возьмите свой договор с заводом и посмотрите, что стоит в формуле расчёта. Если зачётный вес - вы уже получаете за жир и гнаться за процентом отдельно смысла нет. Если платят за литр без учёта состава - прибавка процента вам вообще ничего не принесёт, кроме потерянных литров.

Какие рычаги поднимают и процент, и килограммы?

Коротко: в собственном рационе рычагов, которые растят и то и другое, всего два, и оба работают через рубец. Первый - катионно-анионный баланс рациона: каждые 100 мэкв/кг сверх нынешнего уровня дают 0,10 процентного пункта жира и 36 г выхода в сутки. Второй - структура клетчатки. Третий рычаг растит только килограммы, но тянет их сильнее всего остального - это потребление сухого вещества.

Катионно-анионный баланс - единственная величина в теме, для которой существует коэффициент «пункт на единицу». По сводке 43 работ рост на 100 мэкв/кг СВ прибавляет 0,10 пункта жира, 36 г жира в сутки и 1,5 пункта переваримости клетчатки, а кислотность рубца снижает. Работа 2015 года; современные рекомендации те же - целиться в 300 мэкв/кг и выше, отклик держится вплоть до 500.

Практически это буферы. Ориентиры ввода на голову в сутки: пищевая сода около 180 г, оксид магния 60-90 г, известковые морские водоросли около 90 г. Прибавка выхода жира на соде - от 50 до 160 г в сутки. В прямом сравнении трёх буферов на 56 коровах все три подняли процент жира одинаково, но сода при этом уронила процент белка и эффективность корма, а водоросли нет.

Структура работает через жвачку и слюну. Рабочий коридор клетчатки из объёмистых кормов - 17-27% СВ, и верхний край нужен там, где резка мельче, крахмал быстрее, а у стола тесно. По фракции крупнее 8 мм безопасная полоса - 15-18% СВ при крахмале 20-25%.

Дальше рычаги надо разделить по тому, на что именно они действуют. Половина популярных «добавок на жир» поднимает килограммы, а процент не трогает:

Для оплаты по зачётному весу такая прибавка - тоже деньги, поэтому строки «растёт выход» отбрасывать не стоит. Обещать ими рост процента в квитанции нельзя: сводка 14 работ по живым дрожжам на коровах в тепловом стрессе прямо показала отсутствие значимого эффекта на процент при явном росте килограммов.

Покупные жировые добавки в этот список не входят: это отдельная закупка и отдельный разговор с поставщиком, а здесь речь о том, что даёт собственный рацион.

Что даёт кормовой стол без смены рациона?

Коротко: на столе лежит самый дешёвый резерв жирности - он ничего не стоит, кроме внимания. Сортировка кормосмеси обходится примерно в 0,1 процентного пункта жира на каждые 10% недобора длинной фракции, а разница в качестве перемешивания на одном и том же рационе доходила до 0,64 пункта.

Копаться в смеси корова начинает там, где у неё есть на это время. Редкая раздача и щедрые остатки её усиливают, хотя ожидание обычно обратное. Мерить её просто: сито на свежую смесь сразу после раздачи и на остатки перед следующей, разница между раскладками и есть сортировка. В опыте, где эту цифру измерили, коровы недобирали длинную фракцию на 22% - это около 0,2 пункта жира, снятых со стада бесплатно.

Один и тот же рацион с высокой долей барды на горизонтальной лопастной мешалке дал 3,45% жира, на вертикальной шнековой - 2,81%. Разница только в том, чем мешали и что получилось с однородностью резки.

Ещё один аргумент - из работы, где коров разделили по риску кислотной нагрузки на рубец. Валовый надой у групп не различался вовсе. Выход жира при этом упал с 2,1 до 1,8 кг на голову в сутки. То есть стол ворует деньги там, где танк по литрам молчит.

Что здесь работает, а что не подтверждено:

1. Раздавать свежий корм дважды в сутки. Полевые данные связывают это с более высоким собственным синтезом кислот. В контролируемых опытах прироста жира от частоты раздачи не получено: меняется поведение коровы, сам показатель стоит на месте. Делать стоит, обещать прибавку нельзя.
2. Держать плотность посадки не выше 110% и фронт от 46 см на голову. Обе цифры пришли из полевых сравнений «жирных» и «нежирных» ферм.
3. Не оставлять стол пустым. После раздачи свежего корма и после дойки корова ест заметно быстрее обычного, а при тесноте у стола скорость поедания растёт ещё на треть - с 0,16 до 0,22 кг сухого вещества в минуту при переходе от свободного стола к четырём коровам на кормушку. Залповое поедание концентратов и есть та ситуация, в которой биогидрогенизация сворачивает на побочную ветку. Связи «часы пустого стола - пункты жира» никто не измерял, механизм при этом описан подробно.
4. Не гнаться за длиной резки. Работает средняя фракция: самые длинные частицы корова отсортирует, и вы получите обратный результат.
5. Не рассчитывать на увлажнение смеси. Опыт на сухостойных коровах показал меньше сортировки при добавлении воды, ранние работы той же лаборатории - наоборот, больше. Универсального рецепта тут нет.
6. Не полагаться на жвачку с датчиков как на индикатор жира. Связь минут жвачки с процентом жира проверялась на 1823 коровах и не подтвердилась.

Работает ли «убрать крахмал ради жира»?

Коротко: работает только там, где мало структурной клетчатки. При 24% клетчатки из объёмистых кормов замена большей части крахмала переваримой клетчаткой процент жира не сдвинула вовсе и уронила выход жира вместе с надоем. При 12,6% - обратное: там рост крахмала с 24 до 32% снимал и процент, и килограммы, и энергокорректированный удой разом.

Сравнение этих двух опытов и есть ответ. Первый - работа 2015 года, замены ей в литературе нет, и опыт десять лет спустя её не опроверг, только очертил границу применимости. Подушка структурной клетчатки решает, будет ли толк от снижения крахмала. Если она в норме, крахмал не враг, и снимать его - значит терять энергию, а с ней и молоко.

Второе ограничение - продуктивность стада. В том же опыте высокоудойные коровы выигрывали от высокого крахмала заметнее всех, а менее удойные держали продуктивность и на клетчатке. Значит, решение «уберём крахмал, поднимем жир» на высокоудойном стаде обходится дороже, чем на среднем.

В двух свежих опытах жир падал при неизменной кислотности рубца - прибор показывал норму, а жира не было. Смена микробного сообщества происходит раньше, чем сдвигается кислотность, поэтому диагноз «упал жир - значит ацидоз» верен далеко не всегда.

Через сколько дней ждать отклика и чем его мерить?

Коротко: жир ломается за 3-5 дней и возвращается за 15-19. Судить о результате правки раньше трёх недель нельзя, а половинчатая правка даёт половинчатый результат - в опыте рацион, где поправили масло, но не клетчатку, к концу восемнадцатидневного восстановления держал процент жира на 9% ниже контроля, хотя килограммы к тому времени уже сравнялись.

Сроки сняты в работах 2013 и 2015 годов; современные опыты той же школы дают ту же временную картину. Ошибка обходится в неделю, исправление - в три. Отсюда и требование к дисциплине: изменили рацион - не трогайте его три недели, иначе вместо эффекта вы измерите собственную суету.

Чем мерить, по возрастанию полезности:

1. Жир в танке. Самый дешёвый и самый шумный показатель. У трети стад в течение года случается провал жира или белка на 1-3 месяца больше чем на одно стандартное отклонение, который проходит сам. Одна контрольная дойка ниже нормы не значит ничего.
2. Сезонная поправка. Годовой ход жирности - самостоятельная волна с пиком около 1 января и провалом около 1 июля. Сравнивать июльский результат с январским бессмысленно, сравнивать надо с тем же месяцем прошлого года.
3. Соотношение жир:белок. Флажок «посмотри сюда», не диагноз: в проверке на сотне коров десяти ферм ни одна модель на этих показателях не объяснила больше 5% изменчивости кислотности в преджелудке.
4. Профиль жирных кислот молока. Показывает то, чем вы управляете: долю собственного синтеза. Считает его не всякая лаборатория - спрашивать надо отдельно. Ориентир по товарным фермам - выше 0,85 г на 100 г молока, ниже этого жир в танке проваливается ниже 3,75%. Цифра получена на голштинах северо-востока США, то есть работает как ориентир внутри своего стада; нормативом её считать нельзя.
5. Сито на столе и в остатках. Единственный инструмент, который меряет то, что можно поменять завтра.

Сдвигом считается то, что держится три контрольные дойки подряд и совпадает по направлению с профилем жирных кислот. Всё остальное - шум.

Чего в жирности молока не поднять?

Коротко: жирность молока - самый наследуемый из производственных признаков, и кормовой стол работает не с уровнем, а с отклонением от него. Порода, наследственность, стадия лактации и время года задают полосу, внутри которой вы двигаетесь, а рацион и менеджмент определяют, в какой точке этой полосы стадо стоит.

• Порода. В одинаковых условиях на трёх фермах джерсеи давали 4,92% жира против 3,85% у голштинов - разница больше процентного пункта. При этом голштины дали на 13% больше килограммов жира за год, потому что доили больше.
• Наследуемость. По оценке на полумиллионе записей канадских голштинов наследуемость процента жира - 0,66, одна из самых высоких среди всех признаков молочного скота; по другим популяциям оценки ниже, 0,38-0,41, но и они вдвое выше наследуемости удоя. Это работа селекционера, и она даёт устойчивый результат, только медленнее любой кормовой правки.
• Стадия лактации. Жир высок сразу после отёла, когда корова мобилизует собственные запасы, проваливается на пике надоя и растёт к концу лактации. Сравнивать группы с разным средним днём лактации нельзя.
• Сезон и жара. В сводке 31 работы жара роняла у коров середины лактации потребление корма и энергокорректированный удой примерно на 3-4% на каждую единицу индекса температуры и влажности, а концентрацию жира не меняла. Полевые наблюдения при этом видят летом и падение процента - расхождение, скорее всего, в том, что в поле к жаре добавляются сортировка и падение поедаемости.
• Первотёлки. Рубец у коров первой и второй лактации кислее: кислотность держится в среднем на 0,2 единицы глубже и вдвое дольше не выходит из-под порога 5,8, чем у полновозрастных. Тот же рацион у них роняет жир там, где старшие его держат.
• Число доений. Больше доений - больше килограммов жира. Процент при этом ходит в обе стороны, и там, где он растёт, прибавка приходит из жировых запасов коровы: собственный синтез в вымени при этом не усиливается. Как рычаг процента это не работает.

И то, чего не знает никто. Сводной работы по размену объёмистых кормов и концентратов не существует вовсе - вся картина собрана из отдельных опытов. Коэффициента «сколько пунктов жира на пункт крахмала» нет. Порога нагрузки рубца непредельными кислотами в проверяемом виде нет: работа, которая его искала, прямо пишет, что данные порога не дают; ходовые ориентиры вроде 3% от сухого вещества живут только в отраслевых материалах. Насколько по-разному восстанавливаются после провала первотёлки и полновозрастные коровы, тоже не измерял никто.

Начинать стоит с договора: посмотрите, за что вам платит завод - за литр, за зачётный вес или за килограмм жира. От этого ответа зависит, какой из рычагов этой статьи вам вообще нужен. Разобрать рацион и кормовой стол по этим рычагам можно с нашим зоотехником по кормлению.