Расщепляемый и нерасщепляемый протеин: как считать на практике

Зоотехник открывает протокол анализа сенажа: сырой протеин 15,2%. Прошлогодний по той же траншее показывал 15,4% - разница в пределах ошибки, повода пересчитывать рацион нет. А через месяц белок в молоке уходит с 3,20 до 3,05%, расход шрота растёт, и объяснения не находится ни в одной строке анализа. С протеином в цифрах действительно ничего не случилось: случилось с тем, во что он превратился в первые часы после того, как корова его съела.

Ниже - методика расчёта расщепляемого и нерасщепляемого протеина по своим кормам: откуда берутся входные цифры, почему у одного корма их не может быть одной, как свести баланс рациона руками и где у этого расчёта проходит граница точности. Честно про границу: она шире, чем принято думать, и знать её важнее, чем третий знак после запятой.

Каждую неделю разбираем кормление молочного стада и кормозаготовку: механизм, цифры, практика. Свежие материалы выходят в блоге 1Корм.

Сокращения

• СВ - сухое вещество рациона.
• СП - сырой протеин, весь азот корма в пересчёте на белок.
• РП - расщепляемый в рубце протеин.
• НРП - нерасщепляемый в рубце протеин.
• НДК - нейтрально-детергентная клетчатка, то есть вся клеточная стенка растения.
• КДНСП - кислотно-детергентный нерастворимый сырой протеин; в протоколе анализа так называется связанная, недоступная корове фракция.

Почему сырой протеин в анализе молчит про расщепляемый и нерасщепляемый протеин?

Коротко: сырой протеин меряет азот, а не белок, и о форме этого азота молчит по устройству. Считают его как общий азот пробы, умноженный на 6,25, и в сумму попадает всё подряд - истинный белок, свободные аминокислоты, пептиды, аммиак. Поэтому корм с разрушенным белком и корм с сохранённым дают в протоколе одну и ту же цифру, а в рубце расходятся сильно.

Коэффициент 6,25 родился из допущения, что в белке около 16% азота, и с тех пор применяется ко всем кормам без разбора. Для зерна или шрота, где азот сидит в целом белке, допущение работает. Для сенажа, где часть азота успела распасться до аммиака и свободных аминокислот, оно даёт ту же самую сумму - хотя корова получит совсем другой корм. Отсюда и берётся ситуация, в которой протокол не изменился, а рацион перестал работать.

Второй показатель, к которому обычно тянутся за уточнением, отвечает на другой вопрос. Переваримый протеин - это доля сырого, не вышедшая с калом; величина балансовая, она подводит итог всему пищеварительному тракту разом. Расщепляемость же описывает событие, которое происходит в первом отделе и в первые часы. Корм бывает высокопереваримым и при этом расщепляется в рубце почти нацело - так ведёт себя молодая трава. Бывает и обратное: протеин перегретого корма не расщепляется в рубце именно потому, что связан намертво, и в кишечнике он не переварится тоже. Это две разные оси, и подменять одну другой - самая дорогая из ходовых ошибок.

Практический вывод для рациона простой. Строка «сырой протеин 16,2% СВ» не говорит, хватает ли корове белка. Она говорит только, сколько азота вы за него заплатили.

Расщепляемый и нерасщепляемый протеин: что это и с чем их путают?

Коротко: расщепляемый в рубце протеин достаётся микрофлоре, которая строит из него собственные тела, нерасщепляемый проскакивает рубец и переваривается в тонком кишечнике. В сумме они дают 100% сырого протеина, и вся разница между кормами прячется в пропорции. До кишечника в итоге доходит сумма двух потоков - микробный белок плюс уцелевший кормовой.

Пропорция между двумя потоками у разных кормов расходится в разы. У молодой травы микрофлоре достаётся почти весь протеин, у кукурузного глютена почти весь проскакивает мимо неё. Отсюда главное практическое следствие: два корма с одинаковой строкой сырого протеина приносят корове разное количество белка и разный его состав. Что происходит с дошедшей до кишечника суммой дальше и почему её аминокислотный состав решает не меньше, чем количество, разобрано отдельно в материале про защищённые метионин и лизин.

У обеих фракций в отраслевой речи есть вторые имена, и их стоит знать, чтобы понимать собеседника. Нерасщепляемый протеин называют транзитным - он проходит рубец транзитом; реже встречается калька «байпасный». Отсюда же и «защищённый протеин», хотя это слово описывает уже не фракцию, а способ её поднять. Не путайте транзитный протеин с транзитным периодом: второе - это отёл плюс-минус три недели, к фракциям корма отношения не имеющее.

Три путаницы вокруг этой пары живут в отраслевых текстах особенно прочно.

Нерасщепляемый не значит защищённый. Защита - это технология: корм нагрели, обработали, закапсулировали, чтобы поднять его нерасщепляемую долю. Нерасщепляемый протеин есть у любого корма без всякой обработки, в том числе у силоса и у зерна. Путаница дорого обходится в переговорах с поставщиком: «защищённый» на этикетке описывает способ производства, величину он не гарантирует.

Нерасщепляемый не значит усвояемый. Часть протеина связана с клетчаткой так прочно, что не расщепляется в рубце и не переваривается в кишечнике. Формально она попадает в нерасщепляемую фракцию и красиво выглядит в расчёте. Корове она не достаётся вовсе.

Расщепляемость не равна переваримости. Переваримость подводит итог всему тракту, расщепляемость описывает первые часы в рубце. В протоколе анализа это разные строки, и высокие значения по одной ничего не обещают по другой.

Почему у одного и того же корма нет одной цифры расщепляемости?

Коротко: потому что расщепляемость - результат гонки двух скоростей, первую задаёт корм, вторую - животное. У одной и той же партии сои расчётный нерасщепляемый протеин меняется примерно с 28 до 36% сырого - почти на треть - в зависимости от того, кто её ест.

Механика гонки такая. Микрофлора разбирает протеин с некоторой скоростью, своей у каждого корма: у растворимой фракции она огромна, у связанной с клетчаткой мала. Одновременно содержимое рубца движется дальше по тракту, и эта скорость - характеристика животного: чем больше корова съедает, тем быстрее корм уходит. Что успела разобрать микрофлора до того, как корм покинул рубец, то и стало расщепляемым протеином. Что не успела - ушло дальше нетронутым.

Отсюда следует вещь, которую справочные таблицы обычно не проговаривают: скорость прохождения корма через рубец у раздойной коровы выше, чем у сухостойной, и один и тот же мешок даст им разный нерасщепляемый протеин. Разница на реальных величинах:

Строка про обжаренную сою в этой таблице отвечает сразу на второй вопрос. Обжарка добавляет примерно 15 процентных пунктов нерасщепляемого протеина. Смена животного двигает ту же величину примерно на 7 пунктов - вдвое слабее обработки, но достаточно, чтобы таблица без указания скорости прохождения перестала что-либо значить.

Практическое следствие жёсткое: цифра «расщепляемость корма 65%» без указания, при какой скорости прохождения она получена, применяться к вашему рациону не может. В таблицах эту оговорку обычно прячут в шапку или в примечание, и до читателя она не доходит.

Отдельная оговорка про современные нормы. В действующей редакции скорости прохождения сделали фиксированными - именно потому, что пересчитывать их под каждое животное оказалось источником систематической ошибки. Но таблицы, из которых вы берёте расщепляемость, по-прежнему построены на кинетике, и оговорку про скорость в них никто не отменял.

Сколько белка корова производит сама?

Коротко: около половины всего белка, доходящего до кишечника, корова синтезирует в рубце сама, и это самый дешёвый источник аминокислот на ферме - по составу он ближе к молочному, чем протеин большинства покупных кормов. Выход микробной массы зависит от того, хватило ли микрофлоре азота и сбраживаемых углеводов одновременно; одного из двух всегда мало.

Микробный белок хорош не только ценой. По аминокислотному составу он ближе к молочному, чем протеин большинства кормов, то есть корове он подходит лучше того, что вы покупаете в мешках. Отсюда практический приоритет: сначала вы обеспечиваете рубец, и только потом добираете недостающее дорогим кормом.

Понимание того, от чего зависит выход микробного белка, за последние годы заметно сдвинулось. Прежняя рамка была энергетической: сколько корова переварила, столько микробов и выросло, а расщепляемый протеин работал ограничителем сверху - от него брали фиксированную долю. В действующей редакции норм эта пропорция отменена. Сейчас потолок синтеза задаёт расщепляемый протеин, а насколько близко к этому потолку вы подойдёте, решают расщеплённые в рубце клетчатка и крахмал: чем их меньше, тем дальше выход от возможного. Констант скоростей в этом уравнении нет вообще.

Для практики это переводится в одну фразу. Микробам нужен азот и энергия одновременно и в одном месте. Расщепляемого протеина может быть достаточно по расчёту, но если рядом не оказалось сбраживаемых углеводов, знаменатель вырастет и микробов станет меньше при той же цифре в рационе. Обратное тоже верно: крахмала можно добавить сколько угодно, при дефиците расщепляемого азота выход не вырастет.

Есть у этой модели и честно названное авторами слабое место: она не видит разницы между сухим зерном и зерном повышенной влажности, хотя ведут они себя в рубце по-разному. Знать об этом полезно, когда расчёт расходится с наблюдением.

Сколько расщепляемого и нерасщепляемого протеина нужно корове?

Коротко: потребность в расщепляемом протеине задаёт то, сколько корова съела, потому что кормит он микрофлору, а её аппетит определяется количеством субстрата. Рост удоя при неизменном потреблении эту потребность не меняет вовсе, зато поднимает потребность в нерасщепляемом. Практический вывод: при росте продуктивности добирать надо вторую фракцию, а общий сырой протеин рациона поднимать не обязательно.

Логика тут прямая. Расщепляемый протеин кормит микрофлору, а её аппетит определяется количеством субстрата, который до неё доехал. Съела корова 24 кг сухого вещества - столько микробов и выросло, независимо от того, отдаёт она 30 кг молока или 40. А вот дефицит, который образуется между микробным белком и потребностью высокоудойного животного, закрывать приходится вторым потоком, и он с удоем растёт.

Отсюда вывод, который переворачивает привычный ход мысли: при росте продуктивности добирать надо нерасщепляемую фракцию, а общий сырой протеин рациона поднимать не обязательно. Именно на этой развилке чаще всего теряются деньги. В рацион идёт ещё шрота, расщепляемая часть уходит в избыток, нерасщепляемая прибавляется чуть-чуть, и результат не сдвигается.

Порядок величин, на который стоит опираться:

Отдельного норматива вида «нерасщепляемого протеина должно быть столько-то процентов» в действующей редакции норм нет. Обеспеченность выводится расчётом: сколько микробного белка получилось, сколько его не хватает до потребности, столько нерасщепляемого и нужно. Регрессия по массиву опытов при этом даёт максимум удоя при доле расщепляемого протеина около 12,2% сухого вещества - выше типичного ориентира, и часть этого прироста объясняется тем, что расщепляемый протеин тянет за собой потребление корма.

Расчёт закрывает вопрос количества: сколько протеина дойдёт до кишечника. Следующий вопрос - какие именно аминокислоты в нём пришли, и на него количество ответа не даёт. Эту вторую половину задачи закрывают защищённые от распада в рубце формы.

Какие строки протокола анализа отвечают за протеин?

Коротко: за баланс расщепляемого и нерасщепляемого протеина отвечают три строки, стоящие в протоколе ниже сырого протеина. Растворимый протеин показывает быструю фракцию, которая расщепится в рубце при любой скорости прохождения. Аммиачный азот показывает, насколько глубоко распался белок при заготовке. КДНСП показывает связанную часть, недоступную ни микрофлоре, ни корове.

Разберём каждую как вход в расчёт.

Растворимый протеин - доля сырого, переходящая в раствор буфера. Это быстрая фракция: она расщепляется в рубце практически целиком независимо от того, с какой скоростью корм оттуда уходит. Ориентиры для собственных кормов - у кукурузного силоса 43-63% от сырого протеина, у сенажа 49-67%. Значение выше диапазона означает, что протеолиз в траншее зашёл глубоко и реальный нерасщепляемый протеин у вашей партии ниже табличного.

Аммиачный азот - самая информативная строка для оценки того, что случилось с белком при заготовке. Норма для кукурузного силоса 5-7% от сырого протеина, для злакового 8-12%; по бобовому сенажу - не выше 12%. Это же значение понадобится ниже, когда речь пойдёт о том, что с протеином делает траншея. Превышение говорит, что брожение шло неэффективно и часть истинного белка потеряна безвозвратно.

КДНСП, кислотно-детергентный нерастворимый сырой протеин - фракция, сцепленная с клетчаткой так прочно, что остаётся в осадке после кислотной обработки. В протоколах разных лабораторий она подписана то сокращением, то описательно - «связанный протеин»; величина за обоими названиями одна. Нормальный уровень 0,8-1,0% сухого вещества; 1,5-2,0% указывает на перегрев. Второй способ читать ту же строку - доля от сырого протеина: выше 10-12% это повод считать рацион по доступному протеину, а не по общему.

Отдельно про строку, которая иногда встречается в протоколе прямо под названием «расщепляемый протеин». Если анализ сделан спектральным методом, это предсказание по калибровке: модель, обученная на других образцах, оценила ваш по инфракрасному спектру. Величина полезная, но происхождение у неё расчётное, и относиться к ней надо как к расчёту.

Где расщепляемость измеряют и сколько это стоит?

Коротко: эталонный метод требует фистулированных животных и семи точек инкубации, поэтому услугой с открытой ценой он почти нигде не стоит. Из доступного: сырой протеин обходится в 2 850 ₽ за пробу, а одна протеиновая фракция - в 9 500 ₽, то есть в три с лишним раза дороже. Отсюда практика: на большинстве ферм эти величины считают, а измеряют редко.

Как выглядит эталон. Пробу закладывают в мешочки из синтетической ткани и опускают в рубец через фистулу, извлекая партии через 0, 2, 4, 8, 16, 24 и 48 часов - для грубых кормов добавляют точку на 72 часах. По семи точкам строят кривую распада и получают константу скорости расщепления; из неё и скорости прохождения уже считают эффективную расщепляемость. Обязательна поправка на микробное загрязнение остатка: без неё микробы, наросшие на мешочке, читаются как непереваренный корм. Одной или двух точек для такой кривой не хватает - по ним можно получить только «расщепляемость за столько-то часов»; константа по ним не считается.

Что реально доступно. В прейскуранте крупной российской лаборатории сырой протеин стоит 2 850 ₽ за пробу, растворимый протеин - 4 490 ₽, а нерасщепляемый в рубце протеин или КДНСП - по 9 500 ₽ за показатель. При восьми-двенадцати кормах в рационе полная фракционная картина обходится как месячная зарплата специалиста. Часть лабораторий отдаёт фракции и константы расчётом по спектральным калибровкам, часть отправляет пробы партнёрам за рубеж; классический метод нейлоновых мешочков предлагается как научная работа по договору, позиции с ценой не публикует никто.

Отсюда честный практический вывод: на подавляющем большинстве ферм расщепляемый и нерасщепляемый протеин не измеряют, а вычисляют. Это нормальная практика при одном условии - вы понимаете, откуда взялись коэффициенты и какова их точность.

Почему две таблицы дают разные цифры по одному корму?

Коротко: потому что расщепляемость плохо воспроизводится даже между лабораториями - в кольцевом тесте один и тот же образец соевого шрота получил у разных лабораторий расщепляемость со стандартным отклонением в 11 процентных пунктов. Разброс сидит и внутри самих таблиц: у подсолнечного шрота при среднем 75% выборка растянута от 44 до 90%, у пивной дробины от 21 до 79%. Взяв среднее, вы берёте центр очень широкого облака.

Разброс стоит рассмотреть послойно, потому что источники у него разные.

Внутри одной таблицы. Справочные базы честно публикуют не только среднее, но и диапазон по выборке, и он обескураживает. У подсолнечного шрота среднее 75% при разбросе от 44 до 90%. У сухой пивной дробины среднее 54% при разбросе от 21 до 79%. У кукурузного глютена среднее 22% при разбросе от 8 до 34%.

Между таблицами. По сухой барде опубликованный диапазон нерасщепляемой фракции идёт от 47 до 76% сырого протеина при среднем 55%. Две добросовестные таблицы по одному и тому же названию корма разойдутся в полтора раза.

Между формами одного сырья. Соевый шрот экстракционный и соевый жмых отжимной различаются по нерасщепляемому протеину почти вдвое. Строка «соя» в рационе без уточнения способа получения ничего не определяет.

Между лабораториями. Один и тот же материал разослали 23 лабораториям из 17 стран. Воспроизводимость вышла очень плохой: по соевому шроту среднее составило 63% при стандартном отклонении 11 процентных пунктов, по хлопковому и кокосовому разброс был того же порядка. Причины технические - размер пор мешочка, соотношение навески к площади, потери мелких частиц при отмывке, наличие или отсутствие поправки на микробное загрязнение, даже порядок закладки.

Отдельный случай - расхождение внутри одного справочника: сенаж люцерны в базе показан менее расщепляемым, чем люцерновое сено, хотя силосование долю растворимого азота обычно повышает. Это одиночное значение, попавшее в таблицу без выборки, и переносить его в рацион нельзя.

Отсюда рабочее правило: таблица расщепляемости описывает корм вообще, и ваша партия лежит где-то внутри её диапазона. Для покупных концентратов ориентируйтесь на паспорт партии и на форму сырья; для собственных объёмистых кормов единственный честный вход - анализ своей траншеи.

Как посчитать баланс по своим кормам: шесть шагов

Коротко: расчёт делается в таблице на семь строк и занимает четверть часа. Арифметика простая: сырой протеин каждого корма в граммах умножается на его долю расщепляемого протеина, суммы по столбцам дают обе фракции рациона. Сложность в том, чтобы взять правильные исходные цифры и не поверить результату сильнее, чем он того стоит.

1. Выпишите рацион в сухом веществе. Не в килограммах как есть - расщепляемость и все нормы работают на сухом веществе. Если влажность силоса ушла от расчётной больше чем на 4 процентных пункта, пересчитайте раскладку до того, как считать протеин.
2. Для каждого корма возьмите сырой протеин из свежего анализа. По объёмистым кормам - анализ этой траншеи, не прошлогодней. По концентратам - паспорт партии.
3. Посчитайте сырой протеин каждого корма в граммах: килограммы сухого вещества умножить на процент сырого протеина и на 10.
4. Каждому корму присвойте долю расщепляемого протеина. Для собственных кормов отталкивайтесь от растворимого протеина и аммиачного азота своего анализа, для покупных - от формы сырья и способа обработки. Помните, что берёте вы центр широкого диапазона.
5. Умножьте и сложите. Сумма по столбцу даёт расщепляемый протеин рациона в граммах; разность между сырым протеином и им - нерасщепляемый.
6. Переведите обе величины в проценты сухого вещества и сравните с ориентирами: расщепляемого протеина около 10-11% сухого вещества, нерасщепляемого от 5-6% у коровы среднего удоя до 7-7,5% у высокоудойного.

Как это выглядит на рационе коровы с суточным удоем 35 кг при потреблении 24 кг сухого вещества:

Читается результат так. Расщепляемого протеина 2608 г, это 10,9% сухого вещества - попадание в целевой коридор. Нерасщепляемого 1290 г, это 5,4% сухого вещества. Доля расщепляемого от сырого 67%.

Доли расщепляемости здесь взяты из международных таблиц как центр диапазона; под свой рацион их берут из анализа собственных кормов и паспорта партии.

Вывод по этому рациону. Доля расщепляемого протеина 67% чуть выше типичной для дойных рационов - это следствие того, что половину концентратной части занимает подсолнечный шрот, самый расщепляемый из белковых кормов. Микрофлора обеспечена, вопросов к ней нет. А вот нерасщепляемая фракция для 35 кг молока лежит у нижней границы, и запаса на раздой в ней не осталось. Правильное действие - заменить часть подсолнечного шрота на источник с большей нерасщепляемой долей при том же сыром протеине. Неправильное - добавить шрота вообще: расщепляемая часть уйдёт в избыток, за который придётся заплатить дважды.

Отдельно стоит прогнать расчёт на второй корове. Возьмите то же стадо на потреблении 21 кг сухого вещества. Потребность в расщепляемом протеине упадёт вместе с потреблением, потому что микробов вырастет меньше. Потребность в нерасщепляемом при том же удое не упадёт. Если этот пересчёт меняет ваши выводы - значит рацион стоит на границе, и это полезнее знать заранее.

Что меняет обработка корма и где граница пережога?

Коротко: нагрев переводит протеин из быстрого в медленный, и у процесса есть край, за которым белок становится недоступным вовсе. Обжарка сои добавляет примерно 15 процентных пунктов нерасщепляемого протеина, а экструзия поднимает его с 26 до 40-59% сырого в зависимости от режима. Отличить защищённый корм от сожжённого можно только по строке КДНСП: 0,8-1,0% сухого вещества нормально, 1,5-2,0% означает перегрев.

Механизм - реакция между сахарами и аминогруппами белка, которая идёт при нагреве. Ранняя стадия даёт именно то, чего добиваются: белок хуже атакуется микрофлорой и большая его доля доходит до кишечника. На поздней образуются соединения, которые не разбирает уже никто.

Цифры по величине эффекта. Обжарка сои поднимает нерасщепляемую фракцию примерно на 15 процентных пунктов и одновременно роняет растворимый протеин с 42 до 15% сырого - это видно в анализе сразу. Экструзия поднимает нерасщепляемую долю соевого шрота с 26% сырого протеина у экстракционного до 40% при мягком режиме и 59% при жёстком - режим решает больше, чем сам факт экструзии. В опыте на группе коров замена экстракционного шрота экструдированным прибавила 1,25 кг сухого вещества потребления и 3,25 кг молока в сутки, правда сами авторы отнесли прибавку не на защиту протеина, а на выросшее потребление: экструдированный шрот жирнее и охотнее поедается. Отжимной жмых по нерасщепляемой доле стоит заметно выше экстракционного шрота из того же сырья - разница почти двукратная, и объясняется она остаточным жиром и режимом отжима.

Аминокислоты разрушаются при нагреве неравномерно: первым страдает лизин - у него свободная аминогруппа в боковой цепи, и именно она первой связывается с сахарами. Признак в протоколе - рост КДНСП выше нормы, о которой шла речь при разборе строк анализа. Практический смысл: корм с высоким нерасщепляемым протеином и высоким КДНСП - такой корм не защищён, он испорчен, и в рационе он даст меньше, чем обещает расчёт.

Перегреться корм может и без всякой заводской обработки - в собственной траншее, если массу заложили слишком сухой, или в тюке сена, убранного влажным. Строка КДНСП в анализе своих кормов нужна ровно для этого.

Что делает с протеином траншея?

Коротко: траншея протеин перерабатывает. Протеолиз запускается сразу после скашивания и продолжается в закрытой массе, переводя белок в небелковый азот, который расщепляется в рубце почти мгновенно. Сырой протеин при этом не меняется, а глубину сдвига видно по аммиачному азоту. Процесс идёт месяцами, поэтому цифра из прошлогоднего анализа для нынешнего рациона не годится.

Ведут его собственные ферменты растения, и лучше всего они работают в кислой среде - поэтому подкисление массы процесс замедляет, но не останавливает. Белок распадается до пептидов, свободных аминокислот и аммиака, то есть переходит в небелковый азот, фракцию, которая расщепляется в рубце практически мгновенно.

Для расчёта отсюда следует три вещи, и все три упираются в одно: азот никуда не делся, он сменил форму. Анализ покажет ту же цифру, а рубец получит другой корм.

Насколько глубоко зашёл распад, показывает аммиачный азот - самый информативный показатель протеолиза в протоколе брожения. Норма для кукурузного силоса 5-7% от сырого протеина, для злакового 8-12%; выше означает, что нерасщепляемая доля вашей партии ниже любой табличной.

И третье: растворимая фракция с аммиачным азотом продолжают расти по ходу хранения. Силос из траншеи, вскрытой полгода назад, и он же в первые недели выемки - это разные корма по расщепляемости, поэтому анализ имеет смысл повторять по ходу сезона; одного замера при закладке мало.

Что ломается первым при ошибке в каждую сторону?

Коротко: при нехватке расщепляемого протеина первой падает переваримость клетчатки - корм начинает анализироваться лучше, чем работает, а удой держится ещё какое-то время. При избытке корова платит энергией: каждый грамм лишнего азота обходится в 17-32 кДж дополнительной теплопродукции. Избыток нерасщепляемой фракции ломает не физиологию, а экономику - отдача от каждого следующего процентного пункта протеина падает вдвое.

Дефицит расщепляемого протеина. В опыте, где рацион держали на 28% ниже расчётной потребности, микробный синтез и удой не изменились, а переваримость органического вещества, крахмала и клетчатки просела. В более позднем опыте на 24 коровах сравнили два уровня баланса азота в рубце напрямую, и картина повторилась подробнее. Микробный синтез упал с 203 до 166 г на килограмм переваримого органического вещества, переваримость НДК - с 49,1 до 44,9. Потребление снизилось на 0,9 кг, энергокорректированный удой на 2 кг. Переваримость сухого вещества в целом при этом не изменилась - просели именно клетчатка и протеин. Практический признак на ферме звучит так: анализ кормов прежний, отдача от них упала.

Избыток расщепляемого протеина. Лишний азот всасывается через стенку рубца аммиаком, печень превращает его в мочевину, и работа эта не бесплатна: каждый грамм избыточного азота обходится в 17-32 кДж дополнительной теплопродукции. У новотельной коровы это ещё и конкуренция за печёночный ресурс в момент, когда он весь нужен на другое. Дополнительные признаки - разжижение навоза при неизменной клетчатке рациона и рост мочевины молока, у которого есть свои тонкости прочтения, разобранные отдельно.

Избыток нерасщепляемого протеина. Здесь ломается экономика. Отдача от каждого следующего процентного пункта сырого протеина падает: прибавка удоя при переходе с 15 на 16% составляет 0,94 кг в сутки, а при переходе с 19 на 20% - уже 0,42 кг. За оптимумом кривая идёт вниз: в опыте на 64 коровах с четырьмя уровнями сырого протеина рацион с 18,3% дал меньше молочной энергии, чем рацион с 16,7%, причём в поздней лактации разрыв был заметно больше, чем в ранней. Тот же опыт очертил и нижнюю границу: на 13,6% сырого протеина потребление упало на 2,8 кг сухого вещества в сутки.

Стоит помнить и о цене сырья. Соевый шрот дороже подсолнечного примерно вдвое за килограмм, а по сырому протеину они различаются всего в 1,2-1,3 раза - при том что протеин подсолнечного шрота расщепляется в рубце на три четверти. То есть дешёвый белок в наших условиях это преимущественно расщепляемый белок, и вопрос баланса стоит острее, чем там, где основа кормовой базы соевая.

Как проверить баланс на ферме без лаборатории?

Коротко: по навозу, жвачке, сортировке кормосмеси и отклику на замену источника протеина. Разжижение навоза при неизменной клетчатке говорит об избытке расщепляемой фракции; активная жвачка меньше чем у половины лежащих коров означает, что считать протеин рано. Ни один из признаков не заменяет анализ, но вместе они показывают, в какую сторону смотреть.

Навоз. Оценивается по пятибалльной шкале консистенции, цель - тройка: масса вида густой каши, лепёшка высотой 2,5-5 см. Разжижение при неизменной клетчатке рациона - характерный признак избытка расщепляемого протеина. Стакан навоза, промытый через мелкое сито до чистой воды, добавляет деталей: цельные зёрна означают недостаточную подготовку корма, частицы длиннее сантиметра с четвертью - слишком быстрый пассаж.

Жвачка. Не меньше половины лежащих коров должны активно жевать. Показатель грубый, но он первым реагирует на любые проблемы с работой рубца, а расчёт расщепляемого протеина на неработающем рубце смысла не имеет.

Сортировка кормосмеси. Пробы ситом при раздаче, в середине поедания и перед следующей раздачей. Сдвиг распределения по фракциям больше чем на 10% означает, что корова ест не тот рацион, который вы посчитали, и любая арифметика по протеину относится к бумаге.

Диагностическая замена. Самый дешёвый способ проверить гипотезу - поменять источник протеина, не трогая общий сырой протеин рациона, и посмотреть на отклик:

Проводить такую замену стоит на группе и не меньше месяца: разброс между отдельными животными перекроет любой ожидаемый отклик.

Чего расчёт расщепляемого и нерасщепляемого протеина не даёт?

Коротко: он не даёт точности, которую подразумевает вид таблицы, не работает на закисленном рубце, не отменяет анализа собственных кормов и ничего не говорит про аминокислотный состав дошедшего протеина. Расчёт страхует от грубой ошибки в подборе кормов; выжимать им последний процент продуктивности не выйдет, и решения по нему принимают по порядку величины.

• Точность ограничена методом. Кольцевые тесты показывают расхождение между лабораториями в два десятка процентных пунктов по одному образцу. Значит третий знак после запятой в расчёте - иллюзия, и решения стоит принимать по порядку величины.
• Расчётная расщепляемость слабо предсказывает результат. В крупном сводном анализе североамериканских и североевропейских рационов расчётная расщепляемость значимого вклада в предсказание выхода молочного белка не дала. Его лучше предсказывают потребление сырого протеина и энергии, а концентрация протеина сильнее всего влияет на другое - какая доля азота дойдёт до молока. Это неудобный факт, и его стоит держать в голове: расчёт страхует от грубой ошибки; выжать последний процент он не поможет.
• Расчёт не работает на закисленном рубце. При закислении часть микрофлоры угнетена, клетчатка переваривается хуже, и микробного белка синтезируется меньше при любом правильном балансе. Сначала здоровье рубца, потом арифметика.
• Он не отменяет анализ кормов. Коэффициенты расщепляемости - центр широкого диапазона. Без свежего анализа своих объёмистых кормов расчёт превращается в перекладывание чужих средних.
• Он отвечает на вопрос «сколько», но молчит про «какие». Обеспеченность обменным протеином может быть закрыта, а белок молока стоять на месте, потому что не хватает конкретной аминокислоты. Это отдельная задача с отдельным инструментом.
• Он не заменяет наблюдения. Навоз, жвачка, потребление и остатки на столе говорят о том, что происходит с кормом на самом деле; расчёт говорит о том, что должно происходить по бумаге. Расхождение между ними - самый ценный сигнал из всех.

Если нужно разложить ваш рацион по фракциям и понять, где именно теряется протеин, это разбирает наш зоотехник по кормлению - заявку можно оставить на странице КЕССЕНТ.